Исторические сведения

IMG_5972.JPG
IMG_2719.JPG
IMG_2722.JPG

В толще меловой горы, находящейся примерно в 3-4 км от Дона, неведомыми подвижниками были ископаны эти удивительные пещерные храмы, ставшие уникальными памятниками христианской культуры и безмолвными свидетелями силы духа и веры их безымянных создателей.

Из трех ныне действующих в Воронежской митрополии пещерных монастырей Спасский женский монастырь в историческом плане наименее изучен, так как  не сохранилось никаких письменных свидетельств о времени создания и о подвижниках, его населявших. А документы начала ХХ века и единичные упоминания Костомаровских пещер в трудах историков и краеведов того периода позволяют делать лишь косвенные выводы о временных рамках его возникновения.

Пещера, как место для уединенного молитвенного созерцания, использовалась последователями Христа с самого момента зарождения христианской аскезы. В пещере началась и закончилась земная жизнь Сына Божия. Св. апостол и евангелист Иоанн Богослов безмолвствовал в пещере на острове Патмос. Катакомбы Древнего Рима использовались первыми христианами во времена гонений для тайного совершения Божественной евхаристии. Пещеры древней Капподокии создавались как место убежища и тайных молитв гонимых подвижников. Но наиболее широкое распространение пещерные монастыри получили в Палестине в IV-VII веках. Этому способствовало не только желание глубокого уединения для молитвенных подвигов, но и абсолютная пустынность этих мест, и знойный климат. В связи с этим возникает вопрос, почему в центре России, богатой лесами, с ее суровым климатом на территории среднего Дона возникло столько пещерных монастырей с изумительными храмами и длинными извилистыми ходами? Кто и когда принес эту довольно редкую христианскую традицию в наши края?

Существует несколько гипотез о времени возникновения пещерных храмов и монастырей в землях среднего Дона. Одна из них предполагает их древнее происхождение. По ряду признаков можно увидеть необыкновенное сходство меловых подземных монастырей  Дивногорья, Белогорья и Костомарова с древними пещерными сооружениями  уже упомянутой Каппадокии, созданными христианами, бежавшими от кровавых гонений римских императоров еще в I-II вв. по РХ.   Центральное место  в них занимает храм с довольно большим пространством, высокими сводчатыми потолками, опирающимися на массивные меловые колонны. И уже от храма идут многочисленные разветвления ходов с одинаково обустроенными кельями и усыпальницами. Все это может свидетельствовать о том, что их создатели были или непосредственными носителями данной традиции, или очень хорошо ее знали. Донские края были известны с древних времен. Еще до новой эры здесь жили ираноязычные народы скифов и сармат. Позднее, как с юга, так и с севера сюда стали переселяться славянские племена. В VII-VIII вв. по Р. Х. земли, на которых сейчас расположен Спасский монастырь, входили в состав Хазарского ханства. Известный церковный историк и богослов Карташов А. В. в  книге «Очерки истории Русской Церкви» пишет, что в этот исторический период на территории Каганата посланники из Византии вели активную проповедь христианства. Результатом этой проповеди стало создание внутри ханства православной епархии со своим епископом. Эти факты могут служить косвенным подтверждением возможности и вероятности создания первых христианских пещерных храмов Подонья в период с VIII по Х вв. как монахами-миссионерами, так и гонимыми подвижниками, бежавшими в наши края от преследований иконоборцев.

Начиная с X-го века, Южнорусская степь постоянно разорялась кочевниками. Печенеги, половцы, а затем татаро-монголы превратили ее в Дикое поле, которое  распространилось от Тульских земель на севере до границ с Крымским ханством на юге. Пещерные храмы, которые возможно были созданы до Х века, также были заброшены и затеряны в обширных Донских степях.

Жизнь в наших краях возобновилась только в XVII веке, когда по южной границе Московского государства развернулось активное строительство так называемой засечной черты. Она представляла собой ряд городов-крепостей, призванных препятствовать набегам крымских и ногайских татар. С этим историческим фактом связана гипотеза, которую выдвинули церковный историк Никольского П. В. и краевед Тевяшева В. Н. Они считали, что пещерные обители возникли здесь не ранее XVII века. Примечательно, что первые письменные упоминания о существовании пещерного монастыря также относятся к середине XVII века. Это челобитные Дивногорского игумена Гурия царю Алексею Михайловичу. Но наиболее активный всплеск пещерокопательства в южной части Воронежской губернии относится к концу XVIII века и длится почти весь XIX век. Так, в своей работе «Пещерные монастыри Острогожского уезда» В. Н. Тевяшов писал: «С 1796 года по 1861 год пещеры появились во многих местах Острогожского уезда, из которых мы знаем: Белогорье, Калитву, Коловерть, Костомарово и Колыбелку». В 1885 году этнограф и общественный деятель  Б. С. Познанский отмечал: «Такие же пещеры на Дону, в пределах Воронежской губернии…кроме Белогорья, находятся  и в других местах: в Лысках, в Костомаровой, в Шатрище, около Богучара, - но все они малоизвестны и никем не заняты. Все эти пещеры вырыты в этом уже столетии». Важно отметить, что создавались не  убежища и укрытия или отдельные кельи, а именно храмы с колоннами, арками и сводами, присущими древней церковной архитектуре. Ярким тому примером может служить Спасский храм Костомаровского монастыря. Для создания таких сооружений нужны специальные знания и навыки. Кроме того, требуются уже существующий образец, по которому в тугой и вязкой меловой породе должно выдалбливаться храмовое пространство. Это тяжелый многолетний труд, требующий участия немалого количества людей. На примере истории Белогорского монастыря мы знаем, сколько препятствий со стороны официальных властей пришлось преодолеть пещерокопательнице Марии Шерстюковой. В ее действиях они видели злонамеренность и своекорыстие. Только вмешательство самого императора Александра I и его настоятельная рекомендация  беспристрастно  разобраться в этом деле остановило преследования подвижницы и позволило ей продолжить свой покаянный труд.  Такое отношение во многом было обусловлено тем, что с давних времен наши края славились смутами и нестроениями. Сюда из центральной  части России довольно долгое время бежали разного рода неблагонадежные и лихие люди. По этой причине и светская, и церковная власть с большим недоверием относились ко всяким неординарным явлениям, рождающимся в среде простого народа. Тем удивительнее почти тайное, никак документально не отмеченное появление «малоизвестных и никем не занятых»  многочисленных пещерных храмов.

 П. В. Никольский в своей работе «Монашество на Дону. Пещерокопательство» (журнал «Воронежская старина», выпуск 9 от 1910 года) так объяснял этот  явление: «Пещерокопательство в XIX веке продолжало распространяться среди придонского населения как излюбленный подвиг. С внешней стороны оно поддерживалось местными топографическими условиями, обилием меловых гор.  С внутренней стороны оно питалось прежними традициями Киево-Печерских подвижников. К этому присоединялось особое тяготение к христианам первых веков. Среди подвижников и мирян упрочилось убеждение, что Дивногорские пещеры обязаны своим происхождением сицилийским выходцам, спасавшимся от гонений язычников. Мария Шерстюкова вдохновлялась в своем подвиге надеждою найти в горе мощи святых, спасшихся от гонений язычников. Так, по-видимому, подвиг приобретал священный смысл, и дело пещерников окружалось ореолом величия и святости первых христиан. В нем простецы-христиане видели удовлетворение своей жажды святости, отрешенной от серой, будничной обстановки».  

Из всего сказанного можно сделать вывод, что гипотеза о создании пещерных монастырей  Подонья в период с XVII по XIX век никак не противоречит тому, что начало этому удивительному явлению было положено еще в древние времена, вероятно в VII-X веках. Заново осваивая юг России после его длительного запустения, переселенцы могли обнаружить заброшенные пещерные храмы, которые в свою очередь вдохновили наиболее ревностных из них продолжить этот подвиг, в полной мере  отвечавший внутренней потребности в святости, которую видел Никольский в «простецах-христианах». 

Таковыми, очевидно, являлись и Костомаровские пещеры. Кроме упоминания о них в трудах Тевяшова и Познанского, существует еще довольно интересный  документ 1908 года: «Дело по предложению обер-прокурора Синода прошения уполномоченных от крестьян Костомаровскоо общества, Острогожского уезда, об освящении церкви в меловой горе» (РГИА. Ф. 796. Оп. 189. Д.2847). В нем крестьяне пишут, что на их земле, в полуверсте от слободы Костомаровской, «в скосе горы стоит меловой столб вышиною 5 сажен, в котором ископаны пещеры», существующие уже 50 лет. В этих пещерах устроена церковь, которую они просят освятить. Однако, опираясь на отзыв, представленный  архиепископом Воронежским и Задонским Анастасием, Синод их прошение не удовлетворил. Владыка Анастасий отмечал, что «ходатайство об открытии для богослужений Костомаровских пещер возбуждался неоднократно, причем  всякий раз, за неимением к тому достаточных оснований, оставалось епархиальным начальством без удовлетворения…  По мнению окружного духовенства и лучшей части жителей, открытие и освящение сих пещер не желательно, потому что ни сама природа, ни жизнь людей, окружающих эту местность… никогда не давали никаких мотивов к прославлению этих  пещер».  К тому же, «пещеры эти, как устроенные не очень глубоко от поверхности земли не долговечны. Стихии природы  уже начинают разрушать их, одна стена подмыта истоками воды, уже завалилась, и костомаровцы, заинтересованные своими пещерами, заложили эту стену тесанными плитами того же мела; по всем пещерам мел дает все новые трещины и делится на меньшие и меньшие пласты».

 Этот документ во многом примечателен. Во-первых, он примерно определяет возможный временной период возникновения пещер. Во-вторых, мы видим, что их создателями были люди из простого сословия, которые сооружали их, не взирая ни на какие внешние и внутренние трудности, по примеру подвигов древних святых отцов.  В-третьих, с момента  их возникновения здесь не было ни официального  монастыря, ни действующего храма. Светская власть, церковное руководство и часть местного населения  считали их  недолговечными. Но, как мы видим, они незыблемо  стоят  и сегодня. А реставрационные работы, которые проводились в наши дни, выявили  несомненную прочность этих пещер. Более того, по непостижимому промыслу Божию, именно здесь, у непризнанных когда-то пещер, суждено было возродиться монастырю, привлекающему к себе множество людей, ищущих духовного утешения и спасения.

 После революционных событий 1917 года и крушения Российской империи большинство  храмов и монастырей было закрыто и разрушено, а духовенство и верующие миряне подверглись жестоким гонениям. Подобная участь постигла и две хорошо известные в России пещерные обители – Успенский Дивногорский и Воскресенский Белогорский мужские монастыри. Но непостижимым Божественным промыслом именно во времена господства безбожной власти,   Костомаровская пещерная церковь была  освящена в честь Спаса Нерукотворного. Это произошло по  окончании  Великой Отечественной войны. В 1946 году по многочисленным и настоятельным просьбам  верующих близлежащих сел в пещерном храме села Костомарово официально было разрешено совершать богослужения.  Нужно отметить, что после 1917 и  вплоть до начала 40-х годов здесь тайно совершали  свой молитвенный труд отдельные подвижники. Самым известным  из них был блаженный старец Петр Еремеенко, уроженец села Белогорье. За святость жизни и сердечную простоту он щедро был наделен духовными дарами. Когда этот усердный молитвенник навсегда покидал Костомаровские пещеры, он сказал: «Сейчас Петрушка, а потом будет Андрюшка». Эти слова оказались пророческими. Община, которая образовалась после войны вокруг Спасского храма, по своему укладу напоминала монастырь, куда из разных мест приезжали паломники и духовно страждущие люди. В эти годы здесь подвизался юродивый, называвший себя Андрюшкой. Он был уроженцем села Клеповка Бутурлиновского района Воронежской области, имя его было Андрей Васильевич Попов. Во время войны, едва выжив в одном из кровопролитнейших боев,  он принял решение всю свою оставшуюся жизнь посвятить Богу. Вернувшись с фронта, он в скором времени удалился в Костомарово. Вместе со своими сподвижниками он тайно продолжил расширять пещерный храм. По свидетельству некоторых очевидцев, именно тогда был создан предел в честь святых мучениц Веры, Надежды, Любови и Софии.

В советское время, когда большинство монастырей было предано запустению, и монашеская жизнь не могла развиваться в своей полноте, в глубинах Православной церкви возникло удивительное  явление. О нем очень хорошо сказано в предисловии к книге «С крестом и евангелием» (изд. Задонского Рождество-Боородицкого мужского монастыря, 2008 г., стр. 4).  «В то время, когда святые обители в основном были закрыты, духовные люди все равно тянулись друг к другу, имели молитвенное общение. Духовная жизнь концентрировалась вокруг какого-нибудь известного старца, таким образом создавалась духовная семья… Таких примеров  мы знаем много». «Все эти отцы и матушки были послушниками удивительного монастыря… У него никогда не было своего названия, он никогда не имел постоянного места прописки. В этой обители… был некий духовный союз многих старцев, которые жили один у другого в послушании, пользовались советами и наставлениями друг друга». Несомненно, к этому уникальному  монастырю,  концентрировавшему и хранившему истинный дух веры и строгость монашеского жития, принадлежала и община Спасского пещерного храма. 

Здесь очень важно отметить, что с момента просвещения Руси светом Христовой Истины, духовная жизнь в ней никогда не прекращалась. Временами она текла широкой полноводной рекой, питая живительной влагой обширные земли. Но были периоды, когда она обращалась в маленький, потаенный, но очень чистый ручей, утоляющий жажду верных, и в любой благоприятный момент готовый разлиться во всю былую мощь. Таким тонким  ручейком текла духовная жизнь в советские годы и терпеливо ждала того  неотвратимого момента, когда непостижимым Божественным промыслом Русской Православной Церкви определено было возродиться во всей полноте.

9 октября 1959 года Подгоренский Райисполком принял решение о закрытии Спасской  церкви. Членам общины, жившим в деревянном доме близ пещер, местные власти создали такие условия, что они вынуждены были покинуть эти места и разойтись. Однако существуют свидетельства очевидцев, которые говорят, что блаженный Андрей вплоть до начала 70-х годов тайно подвизался здесь в скрытом от посторонних глаз затворе. В дальнейшем и он удалился из пещер, и оставшиеся годы жизни  провел в семье благочестивой женщины. В ее доме под печкой он вырыл себе пещерку, где продолжил свой затворнический подвиг. Умер блаженный Андрей в1982 году и был похоронен в селе Залужное Лискинского района Воронежской области.

Несколько десятилетий  Костомаровские пещеры находились в запустении. Их стены  полностью закоптили факельной гарью и изрезали различными надписями случайные посетители и искатели приключений. Но  1993 году начались работы по их восстановлению. На протяжении нескольких лет ими руководил протоиерей Александр Долгушев, который в то время был благочинным Острогожского церковного округа Воронежской епархии. Отец Александр, так или иначе, был причастен к возрождению всех трех пещерных монастырей. Он собирал прихожан, желающих потрудиться над расчисткой этих уникальных храмов,  и в дальнейшем принимал деятельное участие в их восстановлении.

В 1997 году был открыт Спасский женский епархиальный монастырь. С этого момента началась  новая история Костомаровских пещер. К ним, на совершенно пустое место без единого дерева и какой-либо постройки,  из Задонского монастыря  приехали три сестры и поселились в строительном вагончике.  Среди этих сестер была первая настоятельница монастыря игумения Серафима (Иванова). Требовалось приложить немало  душевных и телесных сил, чтобы среди овеваемых сильными ветрами и поросшими  ковылем меловых гор построить монастырь.  Но Божиим благословением в обитель стали приходить новые сестры, желающие нести подвиг монашеского жития. За минувшие два десятилетия это место совершенно преобразилось. Пещерный комплекс был полностью восстановлен,    возведен наземный храм в честь иконы Божией Матери «Взыскание погибших», в котором сейчас ежедневно совершаются богослужения. Построены новые корпуса и хозяйственные помещения. В год открытия обители из Покровского храма г. Павловска  была передана в дар икона Божией Матери, написанная на листе цинка. По своей иконографии она представляет ростовое изображение Пресвятой Богородицы, бережно держащей Богомладенца. Его лик не по-детски серьезен и глубок. Икона написана во второй половине XIX века художником и реставратором В. В. Шокоревым. В годы богоборчества она была прострелена шестью пулями, следы от которых сохранились до сегодняшнего дня. В монастыре этот образ стал главной святыней и прославился как чудотворный. По благословению митрополита Воронежского и Лискинского Сергия икону стали именовать Костомаровской. Особым почитанием пользуется и живописная икона, именуемая «Святое Семейство – учитель труда». На ней изображены отрок Иисус и праведный Иосиф, занятые плотницким делом, рядом с ними находится Пресвятая Богородица, прядущая пряжу. Глядя на эту икону, мы ясно видим, что усердный труд и скромность были основой жизни Святого Семейства. Сам Богочеловек своим примером освятил житие честно труженика, чаяния и нужды которого Ему близки и дороги. У этой иконы многие богомольцы получают благодатную помощь в семейных нуждах.

Спасский женский монастырь в настоящее время посещает большое число паломников из разных мест России, ближнего и дальнего зарубежья. Эта обитель привлекает не только удивительной и своеобразной красотой природы. Ее пещерные храмы свидетельствуют о поразительной, непостижимой духовной силе, которой обладали их безымянные создатели. Недостижимость и сокровенность их подвигов, твердое, неотступное стремление к своему Творцу, навеки запечатленное в могучих меловых сводах и столпах пещерных храмов, поражают и смиряют ум современного человека, а также вдохновляют и наполняют Божественной благодатью, пробуждая в душе память о вечном.